Бежит по асфальту лист, он высохший и почернел, вода смочила его и вот теперь ветер несет его туда, где он еще не был и вряд ли когда-нибудь еще попадет, ведь скоро силь-ный дождь и снег и, по-видимому, он умрет, отдав свой лист земле. Его там ждут, ведь ко-гда весна, тогда земля, впитав энергию и плоть листа, родит большое чудо то, как назы-вают ее в природе – трава.
Вот был желтый красивый колос. Его ласкали всякие ветра, его омывала чистая вода, он жадно впитывал тепло, и солнце жалило его. И вот однажды настал последний день, когда колосьям нужно гибнуть на земле, иль быть перемолотым в муке. Но, оказавшись в земле иль в чьем-то животе, он жизнь продлит кому-то, ведь умершим зерном он возро-дится новым семенем, откуда прорастет колосс и, попавши в чье-то чрево, он вспыхнет энергией тепла и не остынет чья-то кровь и не закроются ресницы многих глаз. И такая жертва не оставит равнодушным и пустым, ведь это сделано для нас…
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 1) "Красавица и Чудовище" 2002г. - Сергей Дегтярь Это первое признание в любви по поводу праздника 8 марта Ирине Григорьевой. Я её не знал, но влюбился в её образ. Я считал себя самым серым человеком, не стоящим даже мечтать о прекрасной красивой девушке, но, я постепенно набирался смелости. Будучи очень закомплексованным человеком, я считал, что не стою никакого внимания с её стороны. Кто я такой? Я считал себя ничего не значащим в жизни. Если у пятидесятников было серьёзное благоговейное отношение к вере в Бога, то у харизматов, к которым я примкнул, было лишь высокомерие и гордость в связи с занимаемым положением в Боге, так что они даже, казалось, кичились и выставлялись перед людьми показыванием своего высокомерия. Я чувствовал себя среди них, как изгой, как недоделанный. Они, казалось все были святыми в отличие от меня. Я же всегда был в трепете перед святым Богом и мне было чуждо видеть в церкви крутых без комплексов греховности людей. Ирина Григорьева хотя и была харизматичной, но скромность её была всем очевидна. Она не была похожа на других. Но, видимо, я ошибался и закрывал на это глаза. Я боялся подойти к красивой и умной девушке, поэтому я общался с ней только на бумаге. Так родилось моё первое признание в любви Ирине. Я надеялся, что обращу её внимание на себя, но, как показала в дальнейшем жизнь - я напрасно строил несбыточные надежды. Это была моя платоническая любовь.
